Подъем в тюрьме

После отбоя жизнь в тюрьме только начинается

Подъем в тюрьме

Фигурант «болотного дела» Сергей Кривов о том, как живется заключенным в «карантине»

Близкие Сергея Кривова беспокоятся о его здоровье. Голодовка, объявленная в знак протеста против продления содержания под стражей, продолжается уже 34 дня. Радио Свобода публикует дневниковые записи Сергея Кривова, сделанные им до объявления голодовки.

Глава «Продлёнка»: как заключённых возят в суд

Главы «Арест» и «Классификация»: чем ИВС отличается от СИЗО

Глава «ИВС»: как живётся заключённым в изоляторе временного содержания

Глава «Переезд в СИЗО»: 15 часов ожидания

В главе, которую мы публикуем сегодня, Сергей Кривов пишет о том, как сильно условия жизни в «карантине» отличаются от распорядка в ИВС.

Карантин

Заселили в хату №204. Меня и ещё одного дядечку Володю из Судака в возрасте 58 лет. Он ездил к своей сестре в Мордовию, но на обратной дороге его в поезде опоили и обчистили. Остался без денег и паспорта. Нашёл в Москве свою первую школьную любовь и у неё завис на месяц. Пошёл очередной раз в магазин, денег не хватило, решил выйти мимо кассы. Попался. Поскольку никаких документов не было, всё пошло всерьёз. В итоге – ст. 158-1, мелкая кража. Задержан до суда на месяц. Хата 4-местная. Двое в ней были уже до нас: Харон (39 лет, ингуш, взяли со стволом (ТТ) в чайхане) и молодой таджик Баха (27 лет, работал на стройке, нашли в кармане 18 грамм героина). Баха сидит уже 8 месяцев. Следствия по нему никакого, отправили запрос в Душанбе и всё. Остальные «свеженькие», взятые позже меня. «Номера» гораздо лучше, чем в ИВС, комната большая (примерно семь на два с половиной метра), днём светлая, ночью всего одна лампочка в торце, спать не мешает. Фаянсовый унитаз и умывальник в окружении кафеля. Стены – свежая бежевая водоэмульсионка. Две двухъярусные кровати по одной стене; стол, две тумбочки, полки – по другой. Проход больше метра, гуляй – не хочу. Есть полка под телевизор, правда, пустая. Окно и побольше, и без жалюзи. Стекло, а не оргстекло, как в ИВС. Решётки, само собой, и перед рамами, и снаружи на внешней стене. С новым матрасом спать гораздо лучше. В ИВС за восемь дней я все кости отлежал на этих железках. Тут практически полосы не ощущаются. В хате стоит камера видеонаблюдения. Из явных плюсов, пожалуй, всё. Теперь – недостатки. Охрана никудышная. Набрали «лохов по объявлению»! Наручники не надевают, арестованных зачастую водят группами с одним сопровождающим. Я уж так к наручникам привык, будто в них родился, а тут ходишь, а руки туда-сюда болтаются. Коридор постоянно никто не патрулирует, в глазок (тут смотровая щель) заглядывают редко. Мне в ИВС передали точилку для карандашей. Так она у меня 10 минут не прожила. Как только углядели! Я ведь скрытно решил поточить. Вдруг дверь резко нараспашку, всех в коридор, ноги в стороны, руки на стену, полный шмон хаты. Вот это работа! Любо-дорого. А тут даже не вся хата снаружи просматривается. Попробуй в ИВС «давить пюна» (нажать кнопку на стене), сразу охрана тут как тут: «Чего изволите». И просьбы стараются выполнять. А тут будешь полчаса трезвонить, всем по барабану. Потом придут. «Бумагу?» – «У нас не магазин». «Газету?» – «У нас не почта». – «Врача?» – «Не больница». Просто откровенно «посылают» по любому вопросу. Даже распорядка дня и правил содержания в камерах не вывешено. Часов, конечно, нет, газет нет, радио нет. Потом разбитое радио нашли, но слушать его невозможно (хрипы и пр.). Но самое худшее – это кормёжка. Хлеба строго полбуханки на человека в день. Сахара на день – меньше столовой ложки. Кружка чая – только на ужин. К примеру, сегодняшний день. Утром – пшённая каша. На воде и абсолютно без соли. Все, кроме меня, съели не больше ложки. Я съел почти всё, отложив в сторону несколько серых комков. Интересоваться, что у них внутри, я не рискнул. И не смог съесть последнюю ложку, появились рвотные позывы. Короче, если даже я не смог этого сожрать, то есть это нормальному человеку, ну, абсолютно невозможно! На обед рассольник, налитый в кружку, вполне съедобный и абсолютно несолёная картошка с «тушёнкой». Соли, видимо, специально не кладут, издеваются. На ужин – макаронные изделия (рожки) «без ничего», но подсоленные. Организм, правда, почти ничего и не требует, затаился, чует, сука, кто меня сюда привел. Попробовал бы после этого ещё и выступить. Как заехали, Харон и Баха решили нам сделать чифир. Естественно, жгли бумагу. Интересно, на хрена нужна в хате видеокамера? На следующий вечер пробили «дорогу» наверх и «гоняли коней»! Состучались по трубе, нам сверху спустили верёвку с грузом (тюбиком зубной пасты). Мы затянули его в камеру «удочкой» – бумажной трубкой длиной примерно 120 см, скатанной из листов формата А4. На конце трубки крючок из соломы, выдранной из веника. В итоге получили конструкцию из двух верёвок, концы которых в разных камерах, а в середине между ними носок, который гоняется туда-сюда. Обменялись «курсовыми» (записками), получили две пачки сигарет и кипятильник. Ещё свёрток чая. После того, как заварили чай, кипятильник вернули. Ночью, говорят, нам ещё спускали мобильник, но я уже спал. Вообще, после отбоя в 22.00 жизнь в тюрьме только начинается. Орут все и во все дыры. Кто через улицу, кто через вентиляционный стояк, кто перестукивается по трубам. Где в это время охрана, я не представляю. Видимо, считает, что пресекать это незачем. Второй день в изоляторе, понедельник. Нами решили заняться. Сначала беседа с кем-то из начальства на тему: кто ты такой и с чем тебя едят. задача – правильно расселить нас по хатам, чтобы не было потом проблем. Учитывается всё: возраст, количество ходок и «профессия», образование, национальность и пр. Абсолютно нечего возразить. Потом флюорография в подвале, помывка в душе, поверхностный шмон в хате. Беседа с психологом. Пошёл, поговорил с двумя девицами, они заполнили на меня карточку. Сказал им, что психолог мне не нужен, дайте лучше автомат. Они говорят, что автоматов пока не подвезли (врут, однозначно), и просят заполнить три маленьких теста (примерно по 90, 50 и 60 вопросов). Я, в отличие от других, согласился, но попросил выдать мне взаимообразно бумагу, на которой, кстати, сейчас и пишу. С радостью согласились. В общем, если тесты будут «пройдены», завтра обещали отпустить. А если нет, то переведут куда-то наверх к экономистам (экономическим преступникам) – у них, мол, камеры небольшие, условия хорошие и народ интеллигентный. Похоже, скучные ребята, ну да ладно.

Переезд на ПМЖ обещают завтра. Будет отрадно посмотреть.

Источник: https://www.svoboda.org/a/24840841.html

Первый день в СИЗО. Чего нельзя делать и говорить

Подъем в тюрьме

В стране, где половина сидела, а половина охраняла, выработался целый ритуал, который помогает новичку правильно поставить себя в тюремной камере

Первые несколько часов в тюрьме могут как сломать судьбу человека, так и укрепить его положение в тюремной иерархии, помогая пройти испытание неволей.

Законы «мест не столь отдаленных» сильно отличаются от тех, что действуют на воле, и порой поражают своей абсурдностью. Ведь даже безобидное слово «спросить» в тюрьме означает «привлечь к ответу».

И таких разночтений, которые могут обернуться непоправимой ошибкой, очень много.

Почему нельзя здороваться за руку

Новичок, попавший в камеру, проходит ритуал «прописки». Немощному или возрастному арестанту сразу следует заявить, что он согласен платить в «общак». Так он попадет в самую массовую и безобидную касту «мужиков». А вот если вы ранее являлись сотрудником МВД или подозреваетесь в сексуальных преступлениях, лучше помалкивать.

Приветствие также имеет большую важность. Привычное на воле «Здорово, мужики!» может обернуться самыми неожиданными последствиями. В камере могут оказаться и профессиональные уголовники, и даже «воры в законе», не относящиеся к касте «мужиков». Считается правильным говорить что-то нейтральное, например, «салам аллейкум».

Кадр из американского сериала «Prison Break»

Попав первый раз в тюрьму, не спешите здороваться за руку с будущими сокамерниками. В местах заключения существуют касты, аналогичные индийской касте «шудр», – «петухи». Поздоровавшись за руку с таким человеком, вы автоматически сами станете «петухом», опустившись на самое дно российской тюремной иерархии.

О чем нельзя говорить

Для новичка, находящегося в нервном возбуждении от недавнего ареста, важно максимально сконцентрироваться, отвечая на вопросы ушлых зэков.

Бывалые сидельцы постараются использовать нервное состояние «первохода» по максимуму, засыпав его провокационными вопросами. Делается это в том числе и с целью выявить «стукача».

Ведите себя естественно, но расспрашивать сокамерников, за какие прегрешения они сами оказались за решеткой, категорически не рекомендуется.

Только в комедии со счастливым исходом легко подружиться со своими сокамерниками. Кадр из фильма «Дневник Бриджит Джонс: грани разумного», 2004 год

Пытаясь стать своим среди чужих, не болтайте лишнего, ведь в камере может оказаться специально подосланная полицейская «наседка». Сообщить свое имя, отчество и номер статьи, по которой попали под следствие, вполне достаточно.

Какие слова нельзя употреблять

Некоторые привычные в обычном мире слова употреблять в тюрьме категорически запрещено. Здесь ценятся осторожность и чувство собственного достоинства. Вместо «спасибо» рекомендуется говорить «благодарю». Слово «пожалуйста» меняется на выражение «по возможности».

Слово «обидеть» на жаргоне заключенных означает «сделать петухом». «Свидетель» превращается в «очевидца». Выражение «до свидания» также приобретает в тюрьме специфический оттенок.

Нецензурная лексика как для новичков, так и для закоренелых зэков находится под запретом. Матерные выражения в местах заключения являются маркером крайней агрессии.

Какие правила гигиены нужно выполнять обязательно

Привычный нам в обычной жизни туалет в тюрьме называется «парашей». В целях безопасности он ничем не огорожен. По написанным кровью зэковским правилам перед едой необходимо тщательно вымыть руки – так, как всех нас и учат в детстве. Не помоете – все вещи, к которым прикоснетесь, превратятся в «запомоенные».

И не вздумайте есть, когда ваш собрат по камере справляет естественные потребности! Кстати, бывалые зэки советуют сразу предупредить сокамерников об имеющихся у вас заразных болезнях. Следует понимать, что личная чистоплотность играет важную роль при определении вашего места в тюремном «табеле о рангах».

Грязнули в тюрьме называются «чушканами». Чтобы не перейти в эту касту, – держите одежду в чистоте и следите за состоянием тела, в том числе зубов и волос. Такие традиции не навеяны просмотром глянцевых журналов –  пресекается возможность быстрого распространения заразных заболеваний в замкнутом пространстве каземата.

Почему нельзя играть в карты и одалживать сигареты

Тузы. Источник: pxhere.com

В небогатом событиями изолированном мирке камеры даже нехитрые развлечения приобретают особую ценность. Но от игры в карты в первое время лучше воздерживаться. В криминальном кондоминиуме всегда найдется свой шулер. Особенно опасно участие в картежной игре «на интерес». «Интересом» для не подозревающего подвоха «первохода» является любая прихоть победителя.

Задолжавший арестант автоматически получает статус «проигранного» и лишается всех прав до погашения долга. Тот, кому задолжал несчастный, может потребовать совершить любое – от членовредительства до убийства другого зэка.

Сигареты и чай простые, но ценные в условиях заключения вещи, но одалживать их категорически не рекомендуется. Лучше отказаться, даже если вам хотят их подарить.

Тот, кого вы считаете своим собратом по несчастью и другом, может в любой момент потребовать их обратно.

Если немедленный возврат невозможен – готовьтесь выполнить любую просьбу одолжившего, в том числе и выстирать его носки или сделать уборку в камере.

Почему нужно ладить с сокамерниками

Тюремная решетка. Источник: pixabay.com

Даже если, не дай Бог, вам или вашим близким придется оказаться в подобной ситуации, не стоит сразу впадать в ужас. Новичков определяют, как правило, в камеру к таким же новичкам, или туда, где за соблюдением «понятий» следит зэк из «авторитетов», не допускающий беспредела.

Велик шанс и попадания в «маломестку» – камеру, где арестантов сравнительно немного. Вашими соседями будут попавшие в заключение из-за финансовых преступлений или автоугонов. И даже если вы не знаете всех зэковских правил, чувство собственного достоинства, спокойствие духа и умение ладить в коллективе помогут вам с честью выйти из непростого испытания.

Источник: https://www.eg.ru/society/567652-pervyy-den-v-sizo-chego-nelzya-delat-i-govorit/

Распорядок дня в СИЗО-2

Подъем в тюрьме
?

m_gerasimowa (m_gerasimowa) wrote,
2016-04-17 12:06:00 m_gerasimowa
m_gerasimowa
2016-04-17 12:06:00 Category:

В 6 часов утра подъем, в камере включается радио и свет. До 6-ти утра ходит дежурный, который собирает почту, письма, заявления, ходатайства, жалобы.

Если ты не успел ему передать бумаги, то ждать придется до следующего утра. В течение дня у вас никто эти письма и жалобы не возьмет, даже если у вас срочное письмо в инстанции. (Как им удобно не получать жалобы, письма и ходатайства!) Передать письма можно через «кормушку», когда дежурный подходит к камере.

Здесь, как я уже писала, играет радио «Энерджи». Они ставят одни и те же песни круговоротом. Подсчитали, что три раза за час может повториться одна и та же песня. И так месяцами, мало что меняется. По словам многих заключенных, они писали жалобы о том, чтобы заменили радиоволну в СИЗО, но воз и ныне там.

После подъема, в начале седьмого, заключенным раздают сахар (норма на человека столовая ложка в сутки), хлеб (около четверти буханки белого и четверти черного хлеба на человека).

После 7 утра начинают раздавать завтрак. Он делится на общее питание (которое для всех) и диетическое. Мне с моим заболеванием положено диетическое.

Хотя понятие «диетическое питание» здесь большая загадка. На обед, например, дают разные блюда тем кто на диете, и тем, кто питается обычно.

А на ужин обычному столу дают то, что давали диетическому в обед, а диетическому то, что давали в обед обычному столу.

Бывает диетическому столу дают творог, но мне не дают. Спрашиваю – почему, говорят вам не положено, у вас диета 7 «а», а творог положен только диете 7 «б». Спрашиваю: «А кто такие 7 «б»?», мне отвечают, что это туберкулезники и вич-инфецированные. Говорят, что с моей диетой мне положено давать только половину вареного яйца и кусочек сливочного масла вечером.

На завтрак всем дают каши. Причем принцип тот же. Первый день: общее питание — гречка, диетическое — пшено. На следующий день гречку выдают диетическому питанию, а пшено — общему. Вот такая странная диета. Но при моем заболевании мне категорически нельзя пшено, как и почти все другие крупы, которые дают на завтрак. Зачастую я вынуждена отказываться от еды

После 8 часов здесь начинается проверка. Из камеры все выходят в коридор, строго по очереди и только из одной камеры. Проверяют кнопки вызова дежурных в камере. Когда кнопку нажимаешь, загорается лампочка снаружи и дежурный подходит к камере. Проверяющие смотрят количество человек, спрашивают есть ли вопросы, жалобы. Они все выслушивают, но устранять не торопятся.

Во время проверки назначается дежурный по камере, который сутки следит за чистотой и порядком в камере. И если хоть у одного человека в камере есть какие-то нарушения, то за всех отвечает дежурный.

Приблизительно с 10 часов людей начинают выводить на прогулку. Причем выводят так же, как и на проверке, заключенные не видят тех, кто сидит в соседних камерах. Выгуливают тем составом, которым люди сидят.

Правда «прогулка» – это громко сказано. Нас выгуливают в закрытом помещении с бетонными стенами и полом толщиной 5 метров, над головой крыша и полоска неба в один метр и та в колючей проволоке.

Само помещение 12 шагов в длину и 5 шагов в ширину.

Во время таких «прогулок» в бетонных отсеках, люди перекрикиваются, называют номера «хат» (камер) и перекрикивая друг друга пытаются общаться. Гуляющих людей стерегут крепкие собаки, довольно умные и упитанные.

На кого-то они лают, на кого-то не реагируют. Прогулка длится в среднем 20 минут. Надышаться свежим воздухом не получается, ведь вокруг все курящие, что в камере, что на прогулке.

Да и тяжелый сырой воздух, что в камерах, что в бетонных «коробках» лишь усугубляет ситуацию.

Кроме прогулки, в распорядке дня с 9:30 до 12:00 предусмотрена санитарная обработка помещения. И если с прогулкой все понятно, то ни разу, за все время заключения я не видела, что кто-то каким-то образом обрабатывает камеры.

Несколько раз я видела только охранника, который заходит в камеру с крупным резиновым молотком, когда заключенных выводят гулять. Рассказывают, что этим молотком охранник простукивает все кровати и другие элементы интерьера – проверяет, что нигде ничего не спрятано.

Видимо, «нычка» должна вываливаться от стука… Вот, пожалуй, и вся «санитарная обработка».

С 12:00 начинают раздавать обед. Самый популярный здесь продукт — это капуста. Ее всегда много и ее добавляют везде. Ее можно встретить практически во всех блюдах. И капуста это тот же самый продукт, который мне категорически запрещен. Зачем ее включили в мое «диетическое» питание, мне не очень понятно. Со вторыми блюдами тоже везет редко.

На второе обычно дают клейстерообразную серую массу. Спрашиваю, что это, говорят – макароны с фаршем. Фарш в этой клейкой массе еще надо отыскать. Бывалые заключенные рассказывают, что фарш добавляют соевый. Когда я только прибыла в СИЗО, поначалу в макароны добавляли два кусочка тушенки. С тех пор прошло немало времени, а тушенки мы больше не видели.

Далее по распорядку с 14:00 до 17:00 еще одна прогулка и санитарная обработка. Не было ни разу за все время моего нахождения в тюрьме второй прогулки, как, впрочем, и санитарной обработки.

С 17:00 до 18:00 положен ужин. На ужин изо дня в день дают блюдо, которое носит название «овощное рагу». За громким название кроется… капуста, много капусты, в воде. К этому добавлено немного картошки. И, обязательно, к «рагу» добавляется просто «фирменное тюремное блюдо» – вареная селедка. Без нее не обходится ни один ужин.

С 17:00 до 20:00 дают горячую воду. В камере есть два крана: холодная вода течет круглые сутки, горячую воду дают только на 3 часа. Непонятно к чему такие ограничения. Я считаю, что в тюрьме, где человек итак лишен всего, должны все быть хотя бы чистыми и согретыми. Зачем человека, лишенного свободы, загонять во все большие неудобства и нужду?

В 22:00 официальный отбой. Свет и радио выключаются. После 22:00 запрещено открывать камеры с заключенными. Позволительно открывать камеры только в чрезвычайных ситуациях.

Итого: Распорядок Дня

6:00 – подъем

6:00 — 6:30 — утренний туалет, уборка коек

6:30 — 7:00 — уборка камер

7:00 – 8:00 — завтрак

8:00 — 9:30 — утренняя проверка

9:30 — 12:00 — прогулка, санитарная обработка

12:00 — 14:00 — Обед

14:00 — 17:00 – прогулка, сан обработка

17:00 — 18:00 — Ужин

18:00 — 19:00 — уборка камер

19:00 — 20:00 — личное время

20:00 — 21:30 — вечерняя проверка

21:30 — 22:00 — подготовка ко сну

22:00 – отбой

Марина Герасимова, СИЗО-2, дневник политзаключенной, распорядок дня.

Источник: https://m-gerasimowa.livejournal.com/7057.html

Как выглядит распорядок дня в колонии, где сидит Михаил Ефремов

Подъем в тюрьме

10 ноября Михаилу Ефремову исполнилось 57 лет. Отметил его артист в СИЗО города Белгорода, где он проведет две недели на карантине перед отправкой в места не столь отдаленные. Отбывать наказание за смертельное ДТП Михаилу Олеговичу предстоит в исправительной колонии Белгородской области.

Мамаев и Кокорин рекомендуют

Футболисты Павел Мамаев и Александр Кокорин. Владимир Веленгурин/КП

Напомним, суд приговорил Ефремова к семи с половиной годам колонии общего режима. Адвокат звезды Владимир Васильев сообщил нам, что отбывать наказание его клиент будет в исправительной колонии № 4 Белгородской области.

Эта колония находится в поселке Алексеевка, тут сидели за драку футболисты Александр Кокорин и Павел Мамаев.

Когда-то здесь была зона строгого режима, поэтому территория, помимо заборов, окружена еще и рвами. Теперь же это зона для первоходок — тех, кто впервые отбывает наказание.

Колония на хорошем счету, не зря сюда отправляют звезд — знают же, что вместе с ними нахлынут журналисты.

По прибытии в колонию Ефремов получит робу и четкое расписание на день, который начинается с зарядки. Что касается работы, то всем необходимо трудиться по 8 часов в день с перерывом на обед.

Кокорин и Мамаев работали упаковщиками, а в свободное время тренировали других заключенных, благо на зоне есть поле. Если не уважаешь футбол, можно играть в волейбол.

Также оборудован спортивный уголок с тренажерами — тоже на свежем воздухе.

Сейчас появился новый вид трудовой деятельности: изготовление медицинских масок и одноразовых костюмов защиты.

Кроме того, заключенные в этой колонии работают на производстве стирального порошка, керамзитобетонных блоков, круп, пошиве спецодежды (ее-то и упаковывали футболисты).

В исправительных учреждениях заключенные трудятся, кстати, не бесплатно — они получают зарплату, которая не может быть меньше МРОТ (12 130 рублей в месяц).

Потратить деньги на провизию можно на территории, тут есть ларек. Известному заключенному могут пойти навстречу и устроить на работу в библиотеку или даже специально под него придумать должность — к примеру, руководителя художественной самодеятельности.

В колонии большой клуб с вместительным зрительным залом, так что есть где развернуться в плане театральных постановок. Книги, журналы и газеты — в изобилии, можно и подписку оформить на интересующие задания.

На территории также есть храм, что очень важно для верующего Ефремова — последнее время он редко бывал в церкви и планирует теперь исправиться.

Павел Мамаев отмечал, по сравнению с пребыванием в СИЗО в колонии немало плюсов: «Не сидишь без дела, много времени проводишь на свежем воздухе. Благодаря этому даже спится по-другому».

Кстати, о сне: зеки здесь спят в казармах примерно по 20 человек в одном помещении, где стоят кровати в два яруса. Есть общий телевизор. У каждого — своя кровать, тумбочка.

Говорят, драк в этой колонии сроду не было, поэтому любой заключенный, в том числе и звездный, может за здоровье не опасаться. К тому же кормят хорошо, посылки с воли принимают в неограниченном количестве.

Деньгами будет управлять жена

Михаил Ефремов и его жена Софья Кругликова. «Экспресс-газета»/Борис Кудрявов

Ефремову положено 6 длительных свиданий в год — жена, дети смогут приезжать и жить вместе с актером до трех дней. Для этого в колонии есть специально оборудованные комнаты отдыха, где можно даже самим готовить.

Кроме этого, есть еще 6 коротких свиданий с родней по 4 часа — это тоже норма на год. Правда, на время пандемии свидания с родственниками отменены: это правило действует, пока ситуация с коронавирусом не нормализуется.

В то же время посылки и передачи никто не отменял, поэтому жена и друзья Ефремова уже собирают ему провиант и книги.

А в это время его адвокаты готовят кассационную жалобу на приговор.

Кроме того, во время одной из ближайших встреч с юристами Ефремов по просьбе своей жены Софьи Кругликовой должен подписать доверенность на управление его денежными счетами.

Кругликова работает, но, чтобы обеспечить прежний уровень жизни трем несовершеннолетним детям, а также помогать мужу, ей необходимо получить доступ к счетам супруга.

Распорядок дня в колонии № 4

6.00 — 6.15 — подъем, заправка коек, утренний туалет

6.15 — 6.30 — зарядка

6.30 — 7.25 — завтрак

7.25 — 7.55 — проверка

8.00 — 16.45 — работа (час перерыв на обед)

16.45 — 17.00 — баня

17.00 — 17.30 — проверка

17.30 — 18.30 — ужин

18.30 — 20.30 — культурно-массовые, спортивные, воспитательные мероприятия

20.45 — 21.45 — личное время, просмотр телепередач

21.00 — 21.30 — уборка в отрядах

21.30 — 21.45 — вечерний туалет

22.00 — отбой

Смотрите также

Источник: https://teleprogramma.pro/stars/star-hist/1450069-kak-vyglyadit-rasporyadok-dnya-v-kolonii-gde-sidit-mihail-u620/

Как живется осужденным? Вся правда об условиях содержания в колониях строгого режима

Подъем в тюрьме

Согласно положениям п.1 статьи 56, наказание в виде лишения свободы может исполняться в исправительной колонии (ИК), в том числе – в колонии строгого режима.

Строгий режим предусматривает определённые формы исполнения наказания осужденным лицом, которые заключаются в его существенной изоляции от общества, в усилении надзорных мероприятий и специфических условиях содержания.

Оказываем юридическую помощь. Звоните

Источник: https://pravovoi.center/ugolovnoe-pravo/nakazanie/lishenie-svobody/kolonii/strogij-rezhim-usloviya.html

От подъема до отбоя

Подъем в тюрьме

«Если вы хотите сесть, приезжайте в Беларусь. Если вы хотите сесть быстро, приезжайте в Минск» (надпись на стене общественного туалета. Белорусский вокзал, Москва)Вам еще не довелось побывать в белорусском СИЗО? Нет? Тогда предлагаем вам провести один день в провинциальном следственном изоляторе в одном из областных центров соседней республики.

«Шчыра сябруем, сiлы гартуем…»

В шесть часов утра (и ни минутой позже!) громким стуком в дверь вас поднимает контролер. Сразу же вслед за этим на полную мощь включается радио, и программа начинается с прослушивания зеками национального гимна. «Шчыра сябруем, сiлы гартуем (искренне дружим, силы закаливаем)…» – эти слова гимна звучат здесь издевательски.

Между прочим, и остальные передачи первого национального радиоканала, безусловно, прививают чувство гордости за свою страну.

Иначе, чем о привесах, надоях, посевной, уборочной, а также о перевыполнении планов счастливыми тружениками заводов, ферм и полей, разговора нет, да и быть не может.

Один из моих сокамерников, только «заехавший» в СИЗО, послушав всего один день радиоточку, искренне удивился, что услышанные им программы передаются на всю республику. «Я решил, что это специальное радио для зеков…» – задумчиво произнес он.

Между тем первый национальный радиоканал – это еще цветочки.

Ягодки вас ожидают впереди, примерно около одиннадцати часов дня, когда по указке начальника следственного изолятора вашему в вниманию будет представлена двухчасовая обязательная лекция о ПВР (правилах внутреннего распорядка) в тюрьме.

Поверьте, даже одного часа прослушивания заунывного блеяния мента, читающего гнусавым голосом полный бред о «правильном» поведении зеков в стенах СИЗО, достаточно, чтобы у вас начал течь бак! Впрочем, надо терпеть, деваться просто некуда.

Однако вернемся несколько назад. После подъема еще есть пятнадцать минут заправить шконари второго и третьего ярусов по-белому. До двадцати двух часов на них никто не ляжет. Собственно, никто не имеет права лечь и на нижний ярус.

Вам разрешат только присесть. Иначе -рапорт контролера, объяснительная и в результате – взыскание. Пытаться разговаривать с контролерами – как говорится, себе дороже. Они запуганы собственным начальником даже больше, чем зеки.

В семь часов утра вас ждет тюремный завтрак. Обычно это ячневая каша, в обиходе называемая сечкой. Пшеница в Беларуси низкосортная, поэтому ячневая каша имеет нездоровый серый цвет, да и вкусовыми качествами не блещет.

Как выразился один из сокамерников, такой кашей его жена кормила поросят. Но съесть баланду надо, других «деликатесов» баландеры в СИЗО не готовят. Впрочем, иногда могут на завтрак покормить перловой кашей.

Первое впечатление от нее – на такую подкормку в деревенской речке хорошо ловится плотва. Надо сказать, что прочих достоинств я у этой каши не нашел.

Рассказывая о пайке в СИЗО, я упомяну о так называемой диете. Выбив ее, зек таким образом срывает халяву.

Диета позволяет ежедневно получать дополнительно две шайбы масла, пол-литра молока, да и еда больше похожа на вольнячую пищу. Но это надо еще суметь добиться.

Халявщиков много, а диетических паек – мало! Поэтому вопрос решается кулуарно и, как правило, с воли. Хотят кушать же не только зеки…

Династия вертухаев

Итак, мы позавтракали, и нас ждет утренний обход. Надо привести себя в достойный, по меркам СИЗО, внешний вид. В первую очередь ментами на обходе будет проверяться наличие растительности на лицах сидельцев. Попав в следственный изолятор, можете сразу забыть о бороде и даже усах.

Сам «хозяин» не носит усов, поэтому все, начиная от его первого заместителя и заканчивая последним «обиженным» зеком, на утреннем обходе должны иметь гладко выбритые физиономии. Есть такой «пунктик» у начальника СИЗО. Впрочем, этот «пунктик» – далеко не единственный.

Главный начальник еще требует, чтобы в каждой камере был до золотого блеска начищен водопроводный краник и во время каждого обхода на столе – «дубке» выставлялись кружки – «зечки». Также, между прочим, выдраенные до белизны. По словам начальника, это называется «смотреть за гигиеной».

Мне до сих пор непонятно, о какой «гигиене» идет речь, если почти в каждой камере ежедневно забивается сортир – «дальняк», а вода на последнем этаже течет из крана в лучшем случае тонкой струйкой.

Что же касается осмотра «зечек», то на утреннем обходе в них никто из ментов и не заглядывает. Важно только обозначить их присутствие, ведь утренний обход проходит с участием второго лица на централе – дочки «хозяина» и по совместительству режимницы.

Если она, не дай бог, не увидит на «дубке» кружек, а в камере присутствует телевизор, можете с ним распрощаться до лучших времен. Такая вот «фишка» у девочки, занимающей должность дочки начальника. Впрочем, у этой юной особы есть еще одна «фишка».

Это – проявление самого настоящего хамства по отношению к зекам, причем вне зависимости от их возраста.

Я однажды был свидетелем сцены, как эта молодая леди- вертухайка буквально ни за что распекала седовласого почтенного джентльмена, бывшего директора завода! Сцена выглядела настолько дикой, что я просто потерял дар речи.

Да и о чем можно говорить? Ведь, чтобы в Беларуси стать изгоем в обществе, совсем необязательно иметь судимость.

Для этого вполне достаточно просто попасть в СИЗО, где любая соплячка, облеченная властью, безнаказанно может тебя смешать с дерьмом.

https://www.youtube.com/watch?v=OEeZw5k7-TY

После утреннего обхода не думайте, что вам позволят расслабиться. Ничего подобного, собирайтесь на прогулку. Как говорится, танцуют все. Впрочем, зеки могут и забить на это режимное мероприятие.

В последнем случае народ в камере на призывный клич контролера собираться в прогулочные дворики громко кричит: «Гуляли!» Однако иногда это не срабатывает.

Ведь ежедневно «хозяин» лично просматривает видеозаписи с камер, установленных на продоле, и периодически устраивает взбучку ментам, не выгнавшим зеков на прогулку. Да и в камере, где на окнах, помимо решеток, снаружи установлены металлические жалюзи-«реснички», долгий срок высидеть нелегко.

Ведь по сути находишься в погребе и из-за «ресничек» можешь годами не видеть солнечного света. Да, есть еще один момент. В прогулочном дворике можно узнать новости от соседей из смежного бокса. Поэтому прогулка – вещь полезная во всех отношениях.

Собственно, помимо прогулки в СИЗО есть еще одно удовольствие. Это «положняковая» баня, или, точнее, обычный душ. Но попасть в него можно только один раз в неделю, причем минут на двадцать, не больше.

Однако, побыв весьма недолго в следственном изоляторе и видя, какие «черти» «заезжают» в камеру, начинаешь понимать, что без бани здесь выдержать очень тяжело. Кипятильником много воды не согреешь, а ковшиком, сделанным из пластмассовой бутылки, нормально не вымоешься.

Да и хорошо, если этот ковшик не будет отметен ментами на первом же шмоне…

«Киви» – это совсем не фрукты!

После прогулки и очередного прослушивания радио нас ждет обед. Сегодня «баланда» раздает суп с огромным количеством куриных костей и напичканный «киви», или, иначе говоря, прокисшими солеными огурцами.

Я до сих пор не понимаю, кто назвал такую баланду рассольником. Вслед за ним зеки едят овсяную кашу.

Надо сказать, что за проведенное в СИЗО время мне довелось поглотить такое количество овсянки, что всю свою оставшуюся жизнь я буду стесняться смотреть в глаза лошадям. Больше здесь добавить нечего.

После обеда наступает относительное затишье. Заметно, что менты выдохлись, начальник ушел домой спать, и обитатели следственного изолятора на какое-то время предоставлены сами себе. Но это длится недолго.

В четыре часа появляется «спецчасть», или, иначе говоря, сотрудница спецотдела. Зекам раздают бумаги. А еще через тридцать минут снова хлопает «кормушка».

Это баландер притащил ужин – разбавленное до состояния жидкого супчика картофельное пюре, и паштет из протухшей вареной кильки. Сидельцы метко прозвали последнее произведение кулинарного тюремного искусства «Эти глаза напротив».

Точнее и не скажешь. Собственно, так же называется и уха, которой иногда кормят в обед.

После ужина камера, если, конечно, нет режимного мероприятия под названием «маски-шоу», лениво готовится к вечернему обходу. Хуже, если это мероприятие проводится. Есть вероятность, бегая по продолу, попасть под град ударов дубинками ментов. К счастью, «маски-шоу» не часто бывает.

Вечером на централе уже нет ни оперов, ни режимников. Поэтому зашедший в камеру корпусной уже никому не интересен. Он вяло пересчитывает зеков по головам и уходит. Теперь на какое-то время тюрьма оживает. Из камеры в камеру начинают ходить веревочные «кони», слышно перекрикивание зеков между собой.

Однако ровно в двадцать два ноль-ноль свет в камерах гаснет. Включается ночное освещение – «луна». Контролеры бегают по продолу и, заглядывая в глазки камер, окриками укладывает зеков спать.

Почему-то в этот момент на ум приходит сравнение с заурядным пионерским лагерем советских времен.

Воистину, все возвращается на круги своя, а маразм крепчает! С этой мыслью засыпаешь в выдающемся изобретении пенитенциарной системы – заурядном провинциальном следственном изоляторе суверенной Республики Беларусь.

Алесь Лайдак, г. Минск(специально для «ЗР»)По материалам газеты
“За решеткой” (№6 2011 г.)

»

Источник: http://www.tyurma.com/tyurma-za-rubezhom/ot-podema-do-otboya

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.