Первоходка в зоне

Как входить в хату на зоне первый день?

Первоходка в зоне

В разговоре с серьезным человеком, не врите, не рисуйтесь. Думаете наивные вопросы выставят вас в невыгодном свете. Наоборот, чем больше вопросов зададите, больше покажите свой интерес к тюремной жизни, расположите к себе.

Навравший (под маской авторитета) должен быть наказан по всей строгости арестантского закона. Вам также зададут вопросы о жизни. Если не служили, не изощрялись в постели, отвечайте совершенно искренне. Служба в войсках не приветствуется, но не считается в настоящее время «косяком».

Об оральном сексе знаете от проститутки, которая ублажала вас за деньги. Никто не может упрекнуть за взгляды в области политики, искусства. Скажите, что на воле вы почти не общались с сидевшими людьми, не знаете, как вести себя правильно, но теперь, оказавшись в тюрьме, стремитесь во всем следовать арестантскому закону.

Особенно будьте правдивы про статью по которой попали в тюрьму. Если были на политической акции, честно признавайтесь, что политический. Относительно нормально относятся к подобными статьям.

Главное не нужно доказывать правду своего кандидата, рассказывать какой классный, сколько всего сделал для народа, осужденных, подобного рода заявления лучше оставить для разговора с близкими людьми. Особо хочется сделать акцент на шутках, юморе. Подобными вещами в тюрьме очень любят заниматься.

Поэтому если вы интересный активный человек, сразу появится много “друзей” которые будут лезть в душу и интересоваться всеми сферами вашей жизни. Категорически не рекомендую рассказывать про свое материальное, финансовое положение. Которое после отсидки может серьезно пострадать благодаря длинному языку.

Причем вы может оставаться в тюрьме, а человек выйдет и совершит набег на ваше имущество. Вообще старайтесь минимум рассказывать подробностей, лучше соврите либо выберите что то среднее, чтобы не выделяться в лучшую сторону. Но это только относительно всякого на что могут позариться ваши тюремные товарищи и сокамерники.

Особое отношение в тюрьме к подземным людям, то есть к петухам, они обычно живут под кроватями, шконками, поэтому так называются. Особого уважения к ним нет. Но обычно в нормальных тюрьмах они живут припеваючи не хуже чем обыкновенный арестант. За исключением того, что в любой момент любой зэк может это исправить и никто помогать не станет. Разве, что такие же опущенные. Но это крайне редко

От знакомых арестантов которые просидели более 15 лет Именно первоходство не представляет из себя чего-то опасного. Уже давно прошли времена когда первоходу при встрече устраивают какие-то проверки либо другие подобные вещи. Очень редки случаи когда в камере находятся действительно конченые арестанты которые ведут себя подобным образом.

Обычно всем безразличны неприметные первоходы Причем чем больше хата, тем меньше внимания вы получаете. Обычно большие блоки на 50 человек, вообще не встречают, ничего не спрашивают. Потом могут подозвать, рассказать как обстоят порядки и дела. Вообще за незнание не спрашивают, особенно по вине первоходки, вам простят.

Но есть вещи которые категорически не допускают и любой друг резко может стать настоящим врагом. Подобные шутки бывают когда просто просят подойти и послать кого-то на х*й, что в тюрьме считается наивысшей степенью унижения. За подобное сразу идет физическая расправа с самыми ужасными последствиям.

Причем иди в п*зду, что интересно совершенно не воспринимается как жесткое оскорбление и может быть спущено на шутку или на простого ляща. Вообще не территории тюрьмы главное следить за своим языком, чем меньше вы трепаетесь, тем спокойнее будет у вас жизнь. По крайне мере это точно подойдет к человеку который вообще первый раз попал в подобные места.

Однозначно не стоит брать с собой ценные вещи. Хотя у вас их сразу отберут менты и охрана. Но что останется лучше отдать родственникам, скинуть, но не брать с собой. Подарки воспринимаются нормально, но подкупать смотрящего явно не стоит. Это добавит вам больше негативного чем положительного в ваш образ. Сразу спросят вашу кличку либо погоняло, как кому нравится. Лучше придумайте сразу.

Хотя по времени вам сразу придумают множество других. Причем сразу может такое плохое прилипнуть. Что если назвали подобным образом и совершенно не нравится, лучше жестко попросить не называть, если не принимается начинать драку. Порой других способов показать свой отказ и протест нет. Или получите в морду или будут называть вас каким то очком до конца отсидки.

Решайте сами, что вам дороже, честь либо красивое лицо. Про опущенных хотелось добавить, что лучше всего просто обходите стороной. Не пугайте и не трогайте. Не издевайтесь, не вступайте в половые связи, все это негативно влияет на общей ситуации. Вообще не ввязывайтесь ни в какие истории

ДО того как познакомился с людьми которые рассказали о жизни по ту сторону забора. Всегда думал, самое страшное когда заточкой в бочину, когда опущенным можно стать. Когда полно конченый, безмозглых людей которые не видят другого способа жизни. Но нет. самое страшное как оказывается остаться наедине с самим собой.

Это возможно только если попадаешь в изолятор, с рассказов товарищей врагу не пожелаешь. После камеры с самыми кончеными зэками которые доставляют головную, либо физическую боль, это покажется раем. Ведь когда сидишь в буквальном понимании для обычного человека кладовке. 14 суток к примеру.

С редкими походами в туалет и без прогулки реально начинаешь сходить с ума и хотеть умереть. Наверное это ключевая особенность нашего организма и мозга. Он не переносит одиночество. Особенно если нет никакой новой информации. Безусловно можно сидеть в одиночестве если у тебя есть интернет, компьютер. Точно займешь себя чем то.

Но все, что есть в этой каморке, небольшое углубление в стене, которое напоминает дырку из за которого есть маленький луч света. Который только и помогает определять какое время суток и считать дни. Особенно кстати страшно именно когда такого даже мелкого луча нет и комната полностью герметична в плане внешнего освещения. Тогда теряешь счет времени.

Многие рассказывали, что сидели словно пол года, а оказывается прошла лишь неделя. После такой изоляции часто люди выходят словно невменяемые, перестают есть, не хотят общаться, замыкаются и так доживают свой срок. Становятся в лучшем случае чьими то шестерками.

Поэтому я крайне не рекомендую доводить до того, чтобы очутиться в этом злачном месте которое ломает самых сильных психически здоровых людей которые даже не могли себе представить, что это такое. В реальной жизни практически невозможно отсоединиться от всего внешнего мира, все равно раз в несколько дней выходишь за продуктами, едешь куда-то по делам.

Даже если ты самый конченый задрот, есть родители, кажется обмолвился двумя словами, но психике хорошо помогает расслабиться. На самом деле для человеческой души это настоящее блаженство, общение. В одиночестве крайне неспокойно находиться. Начинаются галлюцинации. Люди пытаются убить себя. Бьют головой об стену. Любыми способами лишь бы выйти.

обзор

Все(5)
Как входить в хату на зоне. Первый день на зоне. Тюремная прописка.Как в хату входят Как вести себя на Зоне!Вот как нужно заходить на зону!Как правильно в хату входятПервый раз в тюремной хате. Как вычислить обстановку

Источник: https://otzyvy.pro/reviews/otzyvy-kak-vhodit-v-hatu-na-zone-pervyy-den-260259.html

Быт в российской тюрьме –

Первоходка в зоне

Тюрьма — это всегда плохо, но это не самое страшное, что может с человеком произойти. Тюрьма — конечная вещь: она рано или поздно проходит.

Анна Клименко

Координатор благотворительного фонда “Русь сидящая” в Санкт-Петербурге

По данным ФСИН на 1 мая 2020 года в российских уголовно-исправительных учреждениях содержится 511.030 человек.Это число почти равно населению Таллина и Люксембурга вместе взятых.

Около трети осужденных отбывают сроки от 5 до 10 лет.

Столько же — выходит условно-досрочно или в связи с заменой наказания на более мягкое.

Большая часть людей, попавших за решётку, отсиживает срок до конца.

При этом более 50% осужденных вернётся в тюрьму снова.

Мы поговорили с бывшими заключёнными и с теми, кто находится за решёткой сейчас, узнали, как работает благотворительность в колониях, и составили расписание дня, проведённого на зоне. Но для начала предлагаем разобраться в системе уголовно-исправительных учреждений и понять, чем зоны отличаются друг от друга:

Во многом тюремный быт зависит от колонии, в которую попадает заключённый.
Все лагеря разные, найти два одинаковых — невозможно. 

Помимо этого на правила внутреннего распорядка влияет режим, условия содержания, администрация, сокамерники.

Зеки-первоходы по-другому себя ведут, нежели те же второходы.
Было намного комфортнее сидеть со вторыми: они стараются обустроить быт как дома. Веник из подручных материалов сделают, мешать тебе не будут.

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК-1 Ярославской области

Работы мало. Зарплаты рублей по сто. Некоторые сами платят, чтобы работать. Это делают для личного пространства хоть какого-то и чтобы в душ лишний раз сходить. Но главное: в твоём деле будет указано, что ты работаешь, а это повышает вероятность получить УДО.

Фёдор Верещагин

Отбывает наказание в колонии

Практики никакой нет. Обучения никакого толком не происходит. Никто не будет с тобой заниматься, ты предоставлен самому себе. Если действительно хочется чему-нибудь научиться, то ты сам всё организуешь: можешь почитать учебники, подойти к мастеру. У меня есть диплом, но я всё узнал на практике, когда приходилось что-то строить, ремонтировать. Училище мне ничего не дало.

Артемий Зайцев

бывший заключённый ИК-4 Калужской области

Я каждую неделю передачки себе делаю. Живет таджик тут, и ему никто передачки не делает, ну я за тысячу покупаю у него лимит. Или можно найти вольного, кто рядом живет. Только они правило придумали дурацкое: еды я не могу более 20 кг в 3 месяца себе передавать.

Фёдор Верещагин

Отбывает наказание в колонии

У нас в колонии на 500 человек из лекарств были только капли для носа. Не было даже парацетамола. На всю область, а это около пяти колоний, был один стоматолог. Как-то зуб заболел, иду к врачу запломбировать, а он предлагает вырвать. У него банально не было оборудования.

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК-1 Ярославской области

Я никогда не ела в столовой. Я вегетарианка и всю еду делала себе сама. У меня был такой супер-большой контейнер, в который влезает очень много моркови. Я её тёрла, закидывала туда кедровые орехи, поливала все это оливковым маслом и, если у меня был сыр, закидывала туда фету. Хватало на несколько дней. Еще я готовила гречку и фунчозу, потому что их можно не варить, а заварить просто. 

Мария Алёхина

Бывшая заключённая ИК-28 Пермской области и ИК-2 Нижегородской области

Вы же понимаете, что там не ангелы сидят. Недавно письмо приходит: заключённый пишет, мол, я такой бедный, сирота, впервые попал в колонию, никто мне не может помочь. А карандашом между строк от цензора: “Сидел семь раз”.

Анна Клименко

Координатор благотворительного фонда “Русь сидящая” в Санкт-Петербурге

Длительные свидания выглядят так: родственники приезжают с продуктами и вы можете провести вместе до трёх дней. Комнат у нас было 12. Обычные и люкс. Обычных семь. Это коридор с комнатами, в которых нет ничего особенного: телевизор, кровать одна, реже — две, столик, посуда и прочее.

А люкс это помещение, где не семь комнат, а три. Они получше: кровать и телек по-больше. Были вообще помещения индивидуальные как квартира. Готовишь себе сам из того, что родные привезли. Одеваться там можно как хочешь. В основном там люди едят.

Едят то, чего не хватает, мне лично не хватало овощей и фруктов.

Артемий Зайцев

бывший заключённый ИК-4 Калужской области

Бритвы на Вольске были запрещены. Мы пользовались эпиляторами вольными или в магазине покупали, либо нитками дергали себе сами. 

Алёна Кузнецова

Бывшая заключённая ИК №5 Саратовской области

Бани там вообще шикарные: тазики, четыре кранчика на 20-30 человек, иногда — больше. Зимой, когда есть отопление, — мойся, пожалуйста, всё нормально. Летом проблема вставала остро: нет горячей воды. Она, конечно, грелась, но кто первый, тот и съел. Большинство мылось холодной водой.

Алёна Кузнецова

Бывшая заключённая ИК №5 Саратовской области

Когда я вышел из тюрьмы, то начал сотрудничать с “Русью”. Жена моя тоже там работает. Нам в огромном количестве приходят письма, мы даже не в состоянии на всё отвечать. В основном, люди просят средства гигиены, еду, одежду. Большинству не в чем даже выйти из тюрьмы после освобождения, так как их гражданская одежда тупо сгнивает за несколько лет. 

Руслан Вахапов

Бывший заключённый ИК №1 Ярославской области

  • Вариант 1: деньги – Не стоит переводить большую сумму разово, лучше оформить систематическое небольшое пожертвование в 100-300 рублей. Это позволит благотворительной организации, например, “Руси сидящей” или “Комитету против пыток”, сформировать бюджет на несколько месяцев вперёд.
  • Вариант 2: вещи и продукты – Принести одежду, обувь, продукты или средства личной гигиены в Фонд “Русь сидящая”. Сотрудники организации отправят всё необходимое в места лишения свободы.
  • Вариант 3: письма – В колонии заключённым не хватает личного общения, поэтому письма для них порой важнее передачек с продуктами. К сожалению, узнать адреса всех заключённых возможно разве что через благотворительные фонды после их согласия, но можно писать политическим заключённым. Найти их данные можно, например, на сайте правозащитного центра “Мемориал”, а отправить письмо через ФСИН-Письмо или обычной почтой (во втором случае в конверт нужно вложить марки, лист бумаги и чистый конверт, чтобы заключённый мог написать ответ).

Ася Карпина

Источник: https://zekovnet.ru/den-v-turme/

Читать

Первоходка в зоне
sh: 1: –format=html: not found

Фёдор Крестовый

КАК ВЫЖИТЬ В ЗОНЕ

Советы бывалого арестанта

Посвящается моим корешам, с кем отбывал срок у «хозяина».

«От сумы да от тюрьмы не зарекайся», — учит народная мудрость. Если не верите, спросите у Михаила Ходорковского, нашего нефтяного магната, ставшего «узником совести» — он подтвердит.

От автора

Зачем я написал эту книгу?

Не стану врать: прежде всего, чтобы честно денег заработать и немного пожить на воле. Надоело за решёткой. Двенадцать лет там провёл, три судимости за плечами.

Ещё было желание рассказать правду. У меня давно сложилось впечатление, что какой-то деятель ввёл установки, как показывать в книгах и фильмах места лишения свободы, и с тех пор авторы и режиссёры избитыми штампами это и преподносят. Также надеюсь, что моя писанина поможет кому-то избежать тюрьмы и там будет меньше случайных людей.

Я хочу объяснить, что в тюрьме нет ничего особенного. Разве только чуть меняются правила игры, а человек кем был, тем и останется. Тот же детский сад и школа — прекрасный пример: везде свои лидеры, подчинённые, воришки, ябеды. Только в разных местах по-разному называются. У нас: «паханы», «шныри», «стукачи», «крысы». А в остальном всё то же самое.

И там, в детских учреждениях, и в зоне строгого режима по звонку бегут в столовую, хотя столы накрыты и еды всем хватит. Везде есть попрошайки. Вспомните школьных с их просьбой «дай кусить!».

В неволе таких полно: не успеешь передачу получить — сразу: «Дай, дай!» Или скажете, что в детском саду разборок меньше, правил-понятий нет? Есть, кончено, только на другом уровне.

Тюрьма не может сломать, главное: каким ты в неё пришёл.

А те субъекты, которых вы принимаете за отпетых уголовников с синюшными наколками, жестикуляцией, матом через слово, жаргоном и дегенеративной рожей, — так это лагерные клоуны, «черти».

Но обыватель замечает именно таких уродов и по ним судит о нескольких миллионах побывавших в зонах. Не надо обобщать, здесь штампы неуместны. Каждый судимый — это отдельная судьба.

Давайте сразу расставим точки над «i»: я ничего не выдумываю. Согласен, излагаю несколько сумбурно, привожу много примеров — времени не было, сроки поджимали. Зато пишу искренне. И хочу, пока в памяти все впечатления ещё свежие, поделиться с вами своим печальным опытом — вдруг кому поможет.

Для начала позволю себе дать несколько советов, как вести себя, попав под арест, следствие, суд. Расскажу о жизни за колючей проволокой. Только не подумайте после прочтения, что я злобный и специально выпятил негатив. Начнём с того, что в местах лишения свободы вообще мало хорошего. Я, наоборот, смотрю на всё с юмором, даже на собственную боль и неудачи.

Единственное, что меня может огорчить, — беда с родными и близкими. На остальное мне наплевать. Не стремлюсь объять необъятное. Но в то же время я очень терпим и считаю: если меня не задевают, пусть делают, что хотят. Только бы мой микромир не трогали. Заключение многому учит. И прежде всего — прощать человеческие слабости и реально смотреть на вещи.

Ладно, не буду умствовать.

Пишу я, конечно, в первую очередь для тех, кто о местах лишения свободы имеет смутное представление. Но эту книгу полезно прочитать и тем, кто отбывает наказание. Да-да, зэкам тоже! Некоторые советы и наблюдения покажутся им знакомыми и, возможно, в чём-то даже наивными, но я ведь описываю разные режимы — «красные», «чёрные», «махновские» зоны, следственные изоляторы, этапы.

Можно всю жизнь провести за решёткой, быть авторитетом в «правильной» колонии, но стоит попасть в беспредельную «махновскую» — и, не зная правил игры, угодить в «обиженку».

Думаю, полезно будет прочитать и про арест и следствие.

Отбывая наказание, я писал надзорные жалобы на несправедливость судов. Видел тысячи приговоров. Девять из десяти зэков посадили себя сами. Конечно, они виноваты, но их осудили на основании их же показаний, полученных, впрочем, с грубым нарушением законов.

Потому прошу честных россиян и сотрудников карательных органов не роптать и не возмущаться, читая те фрагменты, где даны рекомендации, как не посадить себя на длительный срок. У нас и недолгого ареста хватит, чтобы не то что исправить нарушителя, а сделать из него морального урода. К тому же честные люди и милиционеры, чекисты, прокуроры, судьи не застрахованы от тюрьмы.

Знание кодексов не оберегает вышеперечисленную категорию граждан от того, что их допрашивают и судят с попранием всех процессуальных норм.

Просто наши законы — что дышло: куда повернул, туда и вышло. То есть составлены так, что их можно трактовать по-разному.

Никто не спорит: преступление — зло. Лучше жить праведно. Но и святой не застрахован от ареста, следствия, суда.

К примеру, ехал на машине, нарушил правила дорожного движения (а кто не нарушает?) и сбил пешехода насмерть. Подрался, только раз ударил — убил.

Но даже если совершил нечто умышленное, тяжкое, ты должен ответить только за сделанное. А не за то, что тебе навяжут, «навешав всех собак», обманув, избив, запугав в милиции.

Глава 1.

Задержание и арест

Итак, вас задержали. Неважно взяли с поличным на делюге[1] или пригласили в отделение поговорить, а потом по раскладу стукача кинули в камеру.

Прежде всего постарайтесь дать знать об этом родным и знакомым. Только не надейтесь на положенный телефонный звонок (будете качать права — в зубы получите, а позвонить всё равно не дадут). Сейчас вами занимаются опера.

Их задача — за максимально короткий срок «расколоть» вас не только на это преступление, но и на все противоправные действия, совершённые вами за всю свою жизнь (а вполне вероятно, и не только вами). Поэтому, если не поддаётесь, менты могут вас посадить, никак не оформив задержание.

Спрятать паспорт, попросить собутыльника из прокуратуры — и вам выпишут месяц спецприёмника, где будут каждый день прессовать, вывозить в УБОП, в отделение. Или просто оставят в ИВС (изоляторе временного содержания).

Только не говорите, что я сгущаю краски. В двухтысячном году псковские УБОПовцы выкрали меня из Питера. Водворили в ИВС Пскова, в камеру-морозильник с температурой плюс десять.

Спрятав документы, оформили месяц спецприёмника. Уговаривали сознаться в преступлении, обещали всякие поблажки, угрожали убить, вывезя в лес.

Забирали в здание УБОП и пристёгивали наручниками на восемь часов к батарее в коридоре.

Когда я попал к «суточникам»[2], там меня прятали во время обхода прокурора. Я попросил сокамерника, когда выйдет, позвонить моим родственникам: послюнявил спичку и на коробке написал телефон.

Чудо, но он сделал это! В отделение приехала моя мать, ей соврали, что в списках меня нет. Только её жалоба начальству УВД помогла тому, что меня официально «задержали». Сотрудники составили подложный рапорт, будто я слонялся по вокзалу Пскова без паспорта.

Восемнадцать суток родные не знали, где я. Вот почему важно сообщить, что вы в милиции. В крайнем случае, сымитируйте в камере сердечный приступ — менты вызовут «скорую», а врач зафиксирует выезд. Потом легче будет доказать, что вас незаконно удерживали.

Перед тем как водворить в камеру, вас обыщут. При обыске должны присутствовать двое понятых. Не слушайте сотрудников, которые утверждают, что это не обыск, а досмотр (такого понятия, как «досмотр», в УПК нет). Грозите жалобой.

Внимательно прочитайте перечень изъятых у вас вещей. Только не кричите, что часы или цепь золотые. Указывают: «часы в корпусе жёлтого металла», «цепочка жёлтого металла». Так положено по инструкции.

Посмотрите, не вписали ли чего лишнего. Хотя наркотики и патроны подкидывать вам вряд ли станут — этим опера в отделе занимаются. Поставьте прочерк (в форме большой буквы Z) ниже списка, чтобы туда больше ничего не добавили.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=233851&p=6

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.